lubelia

Прошлые были о времени, а теперь - о пространстве. Осторожно, внутри много букв, большая часть - в рифму, и все мрачненько:) Кого прикалывает - продолжайте.

Хейз

Мы пленники
нейтральной полосы,
Которую никто не назовет ничейной.
Так случилось, что не будет
ни сумы и ни тюрьмы,
И даже воздух - и тот трофейный.

Lubelia

Там внизу, где винтики и шестеренки, где дно души,
Где трофейный газ углекислый и краденый кислород,
Вырывая у тьмы каждый вздох, считая свои гроши -
Неужели кто-то живет?

Хейз

мы ползем по норам своей души, мы в тупиках искрим, как аргон
и, там, в объятьях последней глуши, вырываем еще один метр,
рвем, как совесть, законы и рифмы, забываем, зачем кто рожден,
чтобы были последними мы, кто ответил Господу в полной Мере.

Lubelia

Мы искрим и светимся в темноте
В основном от болей и от потерь.
Чем серьезней рана - тем ярче свет,
Но в окрестной тьме - все просвета нет,
Все как было раньше - тюрьма, сума.
Неужели свет, что в нас,
Тоже - тьма?

Хейз

(это старое посвящение Василиску)

Мы, наверно, животные тьмы,
Но не жвачные,
Потому что нам всё до звезды,
Однозначно.
До звезды нам и травка, и кров
Над головою:
Тьма внутри нас не терпит оков
И покоя.

До звезды миллионы путей -
Все бездонны.
Бездна гонит своих сыновей
По вагонам,
А в глазах разгорается свет,
Свет пожарищ.
Нас преследует запах побед -
Запах гари.

Хейз

В великой погоне за звездною пылью
мы что-то забыли - и больше не жили.
Лежит перед нами бескрайнее поле.
Мы жить бы хотели - да кто нам позволит?....

Lubelia

Хорошо бы в вагон. Без билета - в небо
Чтобы без контролеров и остановок,
Чтобы есть бутерброды в дороге. Хлеба
И дешевой колбаски и газировки.

Полустанки в окнах - луна, меркурий.
Запотели окна - протри их пальцем,
Наливай, и в тамбур пойдем, покурим ..
Хорошо бы в небо. Хоть как, хоть зайцем.

Хейз

ну, и в небо- молча, как прокаженный -
ухожу, не слыша спиной проклятий,
знаю: небо - принадлежность знати..
только все равно: небо - для влюбленных.
я ломаю судьбы, как сигареты,
не боюсь ни пеших, и ни даже - конных.
я не не знаю - где ты, но я знаю: где где-то,
и я верю: небо - для нас, влюбленных...

Lubelia

Решаем школьное уравненье.
Любовь плюс время и расстоянье.
В итоге что-там - забвенье? пенье?
Желанье, или - увы - зиянье?

А память представим, к примеру, дробью.
Отсюда скажем, и до обеда.
Так что ты сделал с своей любовью?
Так и запишем - забыл и предал.

Хейз

не будем сильно давить на память: она - служанка чужих пристрастий,
и если скажут: все дальше к Богу, то это круто: тем ближе к власти.
не будем слишком стенать о воле: не стоит трогать убогих хлебом,
нам слишком много досталось боли, чтобы смотреть иногда на небо.
Забыл и предал -ну что ж такого? да разве люди уже иные?
А кто случайно увидел Бога, стоят, страшась: у нас псы глухие:
их не разжалобить Божьей волей, не соблазнить свободой и раем,
это вы, паскуды, захлебнулись горем,
а нам привольно, мы опять играем.

Хейз

Я - дитя светофоров и листьев,
Житель свалки по имени Город.
Мне игрушки - прохожие лица,
Воспитателем - внутренний голос.
В перекрестьи живых лабиринтов,
Где про выход не знал архитектор,
Что сказать вам? Почаще горите:
Мы - цветы нецензурного века.
(с) старое

Lubelia
какие-то у нас несимпатичные лирические герои:)
Хейз (2:24 AM) :
а нафига демиургам конкретные герои? какие получились - такие поучились. главное - мир :)

Хейз

Мы - зеркала чужого мирозданья,
Нам не дано любить и ненавидеть.
Когда виденья ищут оправданий,
Мы, как всегда, способны только видеть.

Lubelia

Пытался написать стиишок приличный
Про то как мир хорош, пути легки...
Лирический герой несимпатичный
Уселся поперек второй строки,

Уселся и испортил настроенье,
И все ромашки вытоптал ногой.
И вышвырнуть его бы из творенья,
Да только эта сказка - про него.

Хейз

********Рассказ о...******

Пел ветер, плавилась земля
Под жарким небом солнечного дня,
Вокруг цвела и буйствовала хрень -
Короче, был обычный летний день.
Под собственный немузыкальный свист
Шли мальчик и рюкзак - опять турист.
Ему казалось, что он шел давно,
Ну а куда - не все ли Вам равно?
Он любовался шебуршаньем птиц,
Изгибом рек и дальностью границ,
Своей свободой в выборе пути
И рюкзаком, что так легко нести...

Короче,ты! Не будь занудой, друг,
Сам прочитай весь перечень услуг,
Не исключая вкусного озона,
Что предлагает лесо-парковая зона,
А я продолжу... Был, как помнишь, день,
Козявки прятались в спасительную тень,
Топились в озере по самые макушки.
И там их хавали коварные лягушки.
А мальчик шел, наверное, с утра,
Ему ведь тоже завтракать пора.
Остановившись, снял он верный меч,
(откуда меч?! Ведь не об этом речь!
Ну ладно, спрячем до случайных встреч)
Короче, скинул он рюкзак разводом плеч.
Почти что скинул. Только вот никак
Не покидал спины его рюкзак,
А лямки сбросились на диво как легко.
Они ведь, впрочем, не держали ничего.
И что теперь? Нет хавки ни шиша.
Тихонько плачет юная душа,
Ведь там где должен быть припрятанный обед -
Там, кроме крыльев, ни кусочка нет!
Ну что за нафиг? Жить прикажешь как,
Когда вдруг в крылья превращается рюкзак?
У Дед-Мороза он их не просил...
Что с ними делать, кто бы научил!
Так он стоял, пинал ногой траву,
А крылья сами раскрывались на ветру
И трепетали, будто бы ловя
Частицы солнечного жидкого огня,
И воздух пробуя на свой пернатый вкус...
Ну вот и всё. Пожалуй, закруглюсь.

Или ты хочешь, чтоб я рассказал
Подробнее, как тот пацан летал?
Как он, обрадовавшись крыльям за спиной,
Вдруг осознал, что стал самим собой?
Как он нашел высокую скалу
И, оттолкнувшись, рухнул в вышину,
Как он парил над бренной суетой
И любовался сверху красотой?
Иль рассказать про страшную грозу,
Что никогда не ощутишь внизу,
Про то как молнии сшивают небеса
Но тем прекрасней жить, раскрыв глаза?
Ты хочешь знать, как парень стал орлом,
Свободным, сильным, с ветром под крылом?..
Не проще, чтоб ты от меня отстал,
Про парня в небе сбацать сериал?...

Ну что же. Да, всё было только так.
Тебе видней, ведь ты же не дурак.
А может, мальчик был тебя умней,
Не потерял отброшеных ремней
И, рассудив про пулю под крыло,
Связал их снова, весело и зло.
И, чтобы крыльям не пропасть зазря,
Всю жизнь в них складывал еду и башмаки,
Вовсю использовал и складки-тайники,
Заначку там на черный день храня.
И даже (чем порой не шутит "вдруг"?)
Крылами охмурял своих подруг,
И перламутром красил по утрам
На зависть всем окрестным малышам...
А, может быть, пошел, нашел врачей
И ампутировал до самых до плечей.
Зачем ему такой ненужный груз:
Рюкзак привычней на туристский вкус...
Всё может быть. И так, и так, и так.
Я говорил же: парень не дурак.
Ты лишь скажи, какой из всех концов
Тебе приятней и милей в лицо?
А как договоримся - сей момент
Я нарисую нужный хэппи энд.
И даже вряд ли покривлю душой:
Я эти энды вижу не впервой.
Да ты и сам увидеть их бы мог,
Когда б поменьше слушал этот стёб.
Наверно, в мире что-то сорвалось:
Подобных мальчиков порядком развелось.
Да ты и сам пощупай за спиной -
Вот и задашь себе свой собственный вопрос.
Не правда ли, ответ совсем простой?

...А я пойду, мне надоело петь.
Но следующий рассказ мой - о тебе.