lubelia

Это, наверно, надо бы под замок, но принципиально не буду.
Короче, есть такой дивный ресурс:
http://www.predanie.ru/mp3/

Я оттуда себя скачиваю разное - а то каждый день сидеть по два часа в песочнице без притока инормации - крыша уедет. А так наушники в уши - и окрестные мамашки с разговорами не пристрают.
И вот наткнулась я там в числе прочего вот на такое:
http://www.predanie.ru/mp3/Vera_Eremina/
Первый курс, про историю Вселенской Церкви я еще не успела (потому что там есть по ранней Церкви вот такой курс:
http://www.predanie.ru/mp3/ierej_Dmitrij_Pashkov/ - он скучноватый и академичный, зато совершенно без эмоций и строго по делу. Рекомендую, кстати)
Второй курс - про историю РПЦ 20 века прослушала не без удовольствия. У аффтора безусловно есть своя точка зрения и она лучше всех знает, что канонично, а что нет - но зато там дана полная событийная раскладка, чуть не по дням недели, подробно описаны все церковные перестановки и внутренние пертурбации. Масса информации.
Ну и, наконец, курс "Русская литература в свете Христовой Правды". Ща скажу.
Сначала эээ... комплименты. Пока это первый курс лекций (ну или учебник), который мне попался, в котором достаточно последовательно рассматривается русская литература именно в свете православия. Потому что ну никак нельзя забыть о том, что они все жили в государстве, в котром православие было религией государственной, что чиновникам по любому надо было раз в год причащаться, что для венчания требовалась справка о говении (и неверующие могли ее купить рублей за 5), и вообще, отношения с официальным православием составляли чрезвычайно важную часть жизни. И, конечно, для воцерковленного читателя\исследователя эти отношения интресны, и вопрос -причастился ли любимый писатель на смертном одре - не менее важен, чем вопрос о том, на ком и почему он был женат.
То есть сам подход вполне имеет право на существование. Но вот выливается он, в частности, в то, что автор курса совершенно точно знает все о посмертном существовании гениев русской литературы - в основном на основании высказываний об этом оптинских старцев. Старец Нектарий сказал, что "Блок в раю" - значит Блок в раю. Еще одному старцу привиделся во сне Пушкин - старый, безобразный, и сетующий на свою земную славу - ну значит, так и есть.
Причем ладно бы точно было известно только о тех, кого припечатали старцы - в их-то высказываниях, наверно, какая-то правда есть. Но вот автор точно знает, что в ад попадет любовница Тютчева, например, с которой они не были венчаны. Точно-точно попадет. Кто-то из студенток робко возражает: "Но ведь она покаяться могла...", ей отвечают: "Не могла! Ну как она могла покаяться в грехе, который составлял всю ее жизнь... Конечно, в аду". Автор точно знает, что "Лев Толстой с восьми лет причащался во осуждение". Ага, вот прям с восьми лет, а даже не с пятнадцати, когда крест носить перестал.
Автор точно знает, что эпилепсия Достоевского была знаком одержимости, и вообще ЛЮБАЯ эпилепсия - одержимость. (между прочим, очень распространенная точка зрения).
Писать эту телегу я начала после того, как услышала о том, что литературный Эзоп со своим "Где тут пропасть для свободных людей?" - это самоубийца, впавший в дьявольский "соблазн героизма".
...В принципе, отчасти понятно, откуда что идет. Потому что автор - это не лектор современной формации, попросту не очень грамотный и очень фанатичный. Автор - умная, много знающая, уверенная в себе тетка 49 года рождения, судя по ряду обмолвок и вообще классическому московскому выговору (отчасти из-за него я лекции и слушаю, старомосковскую речь редко когда услышишь) - из старой московской интеллигенции. Причем, у которой эта интеллигенция, со своими интеллигентски-диссидентскими проблемами, мировоззрением и инфантильностью - сидит глубоко в печенках. очень хочется их всех припечатать и отправить в адские бездны.
...Это я только до Блока дослушала. Наверняка, когда начнется советская литература - вылезут вещи еще поинтересней. Из принципе дослушаю до конца, мне чрезвычайно интересно, куда т после смерти Варлама Тихоновича поместят, и что грозит Александру Исаечу в загробном мире - если у него шанс покаяться, или уже нет. Дослушаю - и доложусь.