lubelia

"На песке слеза, стал-быть, лежала
Пока дворник, стал-быть, не подмел..."
(с, трагическим тоном)

Ощутила полное слияние с публикой. Кою составляли в основном томные не слишком молодые и стройные девы с цветочками, пришедшие смотреть на слеш между великолепными мужчинами - Леушиным (Дэвид) и Матошиным (Джованни). Все как на подбор с какими-то оранжевыми розочками. Фишка в том, что я сама - дева нестройная и не вполне молодая, и тоже приперлась туда смотреть в основном на двух прекрасных мужчин - Ванина (отец Дэвида) и Борисова (Жак). И когда в финале зал вздыхал (а кто-то сзади, кажется, и всхипывал), я тоже не удержалась - и кажется в какой-то момент меня стало слышно, потому что этот финал... он невыносим:))).
Но к делу. Сначала комплименты - безусловно, спектакль лучше книги. Книга мало того что бессмысленная, так там еще и персонажи картонные и никакие, а тут зрелище бессмысленное, но развесиствое и в процессе есть на кого смотреть. А поскольку есть на кого - то с некоторым скрипом можно даже смысл извлечь (о да, я его таки извлекла... мастер-класс от любимого мужа - он меня научил извлекать смысл оттуда, куда его отродясь не клали).
Итак - несколько актерских работ: Ванин, Борисов, местами Матошин, Леушин - на любителя, но Матошина кое в чем переигрывал), Карина Дымонт (Хэльга; с момента записи, которую я видела, персонажка стало явно осмысленней), Фарид Тагиев-в-массовке. Отлично все скачут по шесту - и Матошин, и Фарид, и Леушин, и даже Борисов. (Чтоб потом не забыть, про Фарида еще - на первом же Dies irae меня напрягло - нафига тут этот текст и эта, безмерно мной любимая, музыка?! Увидев Фарида поняла - ладно, пусть будет, то что он делает под эту музыку - тоже один из немногих осмысленных моментов).
Общего смысла - никакого. Ну то есть то, что туда накладено: размышления о том, кого лучше хотеть, мальчика, девочку или себя-в-зеркале; как быть собой, если никого не любишь; как все мужики сволочи, а бабы хотят взамуж... Инверсии показались мне лишними (отследила почему - герой Леушина там ни хрена не меняется. Если б был контраст - вот он до смерти Джованни, а вот он же - после, тогда на контрасте можно было бы что-то делать.. а он чмо-чмом во всех сценах.), много бессмысленной беготни по сцене (лучше б Матошин все это время скакал по шесту на переднем плане, право слово), слитый нахрен своей невероятной пошлостью финал (полуголый ангел с крыльями... пипец какой-то, натурально не удержалась, хотя знала, что оно будет именно так вот).
Но - еще один положительный момент - несмотря на тематику, там, слава Богу, ничего прицельно "гейского" нет, карикатурного "гейства" тоже (один Варенуха из "МиМ" неприличней всех этих Жаков и Гийомов), все очень пристойно, а как сделаны сексуальные сцены между Дэвидом и Джованни мне очень понравилось.
Итак, опыт извлечения смысла.
С одной стороны - это история о попытках мироздания достучаться до инфантильного чма - Дэвида. Его искреннне и всерьез любит такой отец, его любит такой Джованни, его любит Хэльга - ну должно же в нем хоть что-то в итоге проснуться-то? Может быть все-таки если он посидит в комнате Джованни и почитает там отцовские письма - ну вдруг прорежется чего-нибудь?! Во всяком случае, некоторый порыв отвращения к себе и попыток пробиться к внутренней честности - хотя бы перед собой - там был. Надолго ли хватит или утонет в жалости к себе, сиротинушке?
Джованни. Слава Богу, Матошин играет что-то глубоко свое, к книжке отношения не имеющее - его Джованни сдержан и уверен в себе - просто пребывает за гранью отчаяния и поэтому ему малость похрен на то где жить и что делать. Это история человека, поссорившегося с Богом и нагрешившего. После этого дня его несет ветром, принесло вот сюда, в этот бар, к этим людям, а об Дэвида можно отлично убиться, качественный такой американец попался (И не спрашивайте меня о том, как итальянского крестьянина занесло в парижский гей-бар, куда они потеряли первую мировую, почему он бросил жену и вообще... нету там смысла, не клали). В итоге он примиряется с Богом снова - как минимум дважды в спектакле он молится; потеряв Дэвида, понимает, что это в общем-то справедливая расплата и через страдание спасается.
...Собственно, в итоге оно о любви. Когда все эти песики-котики, озадаченные вопросами траха, мечутся по сцене - вдруг возникает отец Дэвида - пожилой, в пиджаке не по размеру, со странностями - и показывает им мастер-класс настоящей любви. Которая, блин, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, а долготерпит и милосердствует. "То, что придает жизни смысл - придает смысл и смерти". "Я люблю тебя, папа? - Да. Любишь." Ради этого стоило приходить. К сожалению, его там мало, да и роль не того масшатаба, не хватает на то, чтобы полностью сделать спектакль. Но и так - это единственные подлинные сцены, дающие возможность все-таки находить там смысл и что-то получать.
В итоге наутро в голове из всех извлеченных смыслов остался - занозой - один: нефиг развратничать и спать с кем попало, нефиг любить только себя, нефиг бросать жен и плевать на распятия - а то так и будете в этом баре дергаться под "День гнева". Да, кажется, что любить всерьез - страшнее, любить вообще иногда больно и страшно (жена вот может умереть... сын разбиться на машине, а потом, чудом выжив, свалить в Париж и так и не стать там счастливым, вообще так и не стать мужчиной, и сердце пошаливает, а умирать одному в пустом доме не хочется), но ничего подлинного, кроме любви - нет, а все эти ваши философские терзания, на тему хочу ли я? могу ли я? я ли я? кто я вообще? - это потому что вам любить кого-то другого - страшно, только себя получается отлично.
И, как ни смешно, это про самые что ни на есть традиционные семейные ценности. Это для Хэльги быть замужем - это "всю жизнь зависеть от малознакомого небритого мужика" (тут женская часть зала живо и одобрительно зареагировала), а вот для отца Дэвида - это жена, которая снится почти каждый день, единственная, никем никогда не заменить.
Но еще раз я на этот спектакль не скоро, увольте:) Хотя все-таки еще схожу. Как-нибудь, когда финал подзабуду:)
В этот раз Матошин как-то явно не в ударе был, текст жевал, реплики забывал.(Впрочем, тут масштаба оценить не могу, в первый раз вижу же, лажу отслеживаю, но ейные масштабы - нет... может, наоборот это творческая удача была? не дай Бог)
А на А.Ванина можно смотреть всегда:)
...Отдельно подумалось, что с актерами - как с поэтами. Отлично можно научиться версифицировать, но поэт тем больше становится поэтом - чем больше у него внутри опыта, чем больше он является личностью, чем больше ему сказать. Можно отменно уметь КАК и совершенно не знать ЧТО. Вот на контрасте Ванина и остальных это видно - он старше и внутреннне состоятельней (пересмотрела тут Гамлета с ним же - Лаэртом - двадцать пять лет назад... Фарида Тагиева-сейчас напоминает: темперамент и фактура есть, а внутреннего наполнения меньше чем сейчас. Моложе, вся жизнь еше впереди). У Матошина вот отличная фактура, но ему - самому по себе - еще не очень много есть что сказать зрителям о себе и о мире. Когда попадает вот в то, что действительно знает - получается. Когда своего опыта не хватает - не выходит.
И каждый раз думаешь - а желать ли человеку пресловутого личностного роста, потому что... всяко оно бывает. Вот Пилат - явно из личного опыта проистекает и опыт этот... страшненький, судя по всему.

...Зато место опять таки досталось козырное - на первом ряду справа, где как раз отец Дэвида, и цветочки вручились (и даже, кажется, понравились:), так то все отлично.

Нет, нимагу.
(уходит, напевая)
А в деревне у него, стал-быть, невеста
А зовут его, стал-быть, Ерем...